ДОБРОТОЛЮБИЕ

СВЯТОГО ИОАННА КАССИАНА ОБОЗРЕНИЕ ДУХОВНОЙ БРАНИ 
 
 1. ЦЕЛЬ И КОНЕЦ ПОДВИЖНИЧЕСТВА (Соб. 1-е)
 
   1. Все науки и искусства имеют свою цель (scopon) и свой конец (telos), – смотря на которые, рачительный любитель искусства охотно переносит все труды и издержки. Так земледелец, терпя то зной, то холод, неутомимо распахивает и разрыхляет землю, имея «целью», – очистив ее от всякого стороннего сора, сделать плодороднейшею; убежден будучи, что иначе не достигнет «конца», т.е. получения обильной жатвы, для содержания себя и умножения своего достояния. Так и подвижничество наше имеет свою цель и свой конец, ради которого неутомимо и с удовольствием подъемлем мы все труды, – ради которого не тяготит нас скудость питания постнического, веселит изнеможение от бдений, всегдашнее чтение Писаний с размышлением не знает сытости, и не страшат ни непрестанный труд, ни обнажение от всего и скудость во всем, ни даже ужасы этой безмерной пустыни.
   2. Конец нашей подвижнической жизни есть Царство Божие, а цель – чистота сердца, без которой невозможно достигнуть того конца. К этой цели приковав взор наш, и должны мы направлять наивернейше течение наше, как по прямой линии, и если хотя несколько помышление наше уклонится от ней, тотчас возвращаясь к созерцанию ее, исправлять его, как по норме какой.
   3. Так учит св. Павел, когда к приявшим благое иго Христово говорит: «имате плод ваш во святыне, кончину же – жизнь вечную» (Рим. 6:22), Этим он сказал как бы: цель ваша – в чистоте сердца, а конец – жизнь вечная. Итак, что может нас направить к сей цели, т.е. к чистоте сердца, тому мы следовать должны всею силою, а что отвлекает от ней, того избегать, как гибельного и вредного. Ибо для ней все подъемлем мы и делаем; для ней оставляются родители, отечество, чины, богатство, утехи мiра сего и все удовольствия, – чтобы т.е. сохранно удерживать постоянную чистоту сердца. Если посему будем мы всегда иметь во внимании эту цель, то все действия наши и помышления будут направляться прямо к достижению ее. Если же она не будет неотходно стоять пред очами нашими, то все труды наши и силы, не будучи направляемы на одно это, напрасно будут иждиваемы.
   4. Итак, для этой чистоты должно нам все делать и всего желать; для ней в пустыню следовать, для ней держать посты, бдения, труды, нищету телесную, чтение и прочие добродетели, – чтоб, т.е. сделать сердце свое не болезнующим никакими пагубными страстями и сохранить его таковым. Посты, бдения, отшельничество, поучение в Писании для этой главной цели, т.е. чистоты сердца, подобает нам поднимать; и из-за них не должно позволять себе возмущать сию главную добродетель. Ибо когда пребудет у нас сохранною и невредимою сия главная добродетель, то никакой не будет беды, если какой-нибудь из сказанных подвигов придется в каком либо случае по необходимости опустить: когда же мы все их выдержим, а ее одну нарушим, то никакой не будет от этого пользы; потому что все должно быть делаемо для нее. Они (подвиги) не суть совершенство, а суть средства к совершенству. Почему напрасно будет трудиться, кто, удовольствовавшись ими одними, будто «верховным благом», на них остановит стремление своего сердца, а не будет простирать его до достижения конца, для которого они сами желательны.